tomtar (tomtar) wrote in kid_book_museum,
tomtar
tomtar
kid_book_museum

Categories:

"Ты еще крепкий старик, Розенбум!"

Одной из моих любимых детских книг было "Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями" в замечательном пересказе А.Любарской и З.Задунайской - захватывающая сказочная эпопея, полная удивительных событий и рискованных приключений . Сильнее всего мое воображение поразили история таинственного города, раз в столетие встающего со дна моря, и рассказ о надменном Бронзовом и добром Деревянном, однажды ночью оживших в городе кораблей Карлскруне.

"— Кто ты такой? — прогремел Бронзовый.
Деревянный вздрогнул, и в его старом теле что-то затрещало. Он отдал честь, потом вытянул руки по швам и скрипучим голосом ответил:
— Розенбум, ваше величество! Бывший старший боцман на линейном корабле «Дристигхетен». В сражении при Фербелине дважды ранен. По выходе в отставку служил церковным сторожем. В тысяча шестьсот девяностом году скончался. Впоследствии был вырезан из дерева и поставлен вместо кружки для милостыни.
<...>
Деревянный снова отдал честь и застыл.
— Я вижу, ты славный солдат, Розенбум. Жаль, что я не успел представить тебя к награде, пока меня не водрузили на эту тумбу посреди площади.
— Премного благодарен, — опять козырнул Деревянный. — Всегда готов служить верой и правдой своему королю и отечеству!
«Так, значит, это король! — ужаснулся Нильс и даже съежился под шляпой. — А я его пугалом обозвал!..»

<...>
Сквозь щелочку в шляпе Нильс увидел старую верфь. Это было настоящее корабельное кладбище. Старые, допотопные суда с пробоинами в раздутых боках лежали здесь, как выброшенные на сушу рыбы. На почерневших от времени стапелях застряли потрепанные бурей шхуны с обвисшими рваными парусами, с перепутавшимися, точно паутина, снастями. Повсюду валялись ржавые якоря, бухты полуистлевших канатов, покореженные листы корабельного железа...

Вдруг Бронзовый остановился.
— Розенбум, узнаешь ли ты этот корабль? — воскликнул он и вытянул руку.
Розенбум повернулся всем корпусом направо, и Нильс увидел какое-то огромное корыто, обшитое по краям ржавым железом.
— Узнаешь ли ты этот славный корабль, Розенбум? Посмотри, какая благородная линия кормы! Как гордо поставлен нос! Даже сейчас видно, что это был королевский фрегат… А помнишь, Розенбум, как славно палили на нем пушки, когда я ступал на его палубу?
Бронзовый замолчал, мечтательно глядя на старый, развалившийся корабль с развороченным носом и разбитой кормой.
— Да, много он видел на своем веку, мой старый боевой товарищ, — сказал Бронзовый. — А теперь он лежит здесь, как простая баржа, всеми заброшенный и забытый, и никто не знает, что сам король ходил когда-то по его палубе. Бронзовый тяжело вздохнул. Слезы, большие, круглые, как пули, медленно потекли из его бронзовых глаз. И вдруг он стукнул палкой, выпрямился, колесом выпятил грудь.
— Шапки долой, Розенбум! Мы должны отдать последний долг свидетелю нашей былой славы. — И широким величественным движением руки Бронзовый снял свою треуголку.
— Честь и слава погибшим! Ура! — громовым голосом закричал он.
— Урр-ра! — закричал Деревянный и сорвал с головы свою шляпу.
— Урр-ра! — закричал вместе с ними Нильс и притопнул ногой на голове у Розенбума.
Прокричав троекратное «ура!», Бронзовый с легким звоном надел свою треуголку и повернулся. И тут его бронзовое лицо потемнело так, что стало похоже на чугунное.
— Розенбум! Что у тебя на голове? — зловещим шепотом проговорил он.
А на голове у Розенбума стоял Нильс и, весело приплясывая, махал Бронзовому рукой.
От ярости слова застряли у Бронзового в горле, и он только задвигал челюстями, силясь что-то сказать. Впрочем, он мог разговаривать и без слов — ведь у него была хорошая бронзовая дубинка. Ее-то он и пустил в ход. Страшный удар обрушился на голову Деревянного. Из треснувшего лба взвился целый столб пыли и трухи. Ноги у Деревянного подкосились, и он рухнул на землю…"


Доброго старика Деревянного было жалко до слез. Впрочем, что еще ждать от спесивого короля! Все они, короли, такие... Однако прочитанная позднее полная версия книги Лагерлеф повернула события неожиданной стороной:

"Каких только судов здесь не было! И старинные линейные корабли с пушками на бортах, с высокими надстройками на носу и на корме, с мачтами, сгибавшимися под тяжестью парусов и канатов; и небольшие суденышки, с банками для гребцов по бортам, курсировавшие в шхерах; и беспалубные мониторы; и богато раззолоченные фрегаты, на каких совершали свои путешествия короли. Были здесь и тяжелые броненосцы с башнями и пушками на широких палубах, которые в ходу и поныне, и блестящие миноноски, напоминавшие длинных, узких рыбин.
Мальчик, видевший из щелки все эти диковины, был совершенно ошеломлен. «Надо же, какие большие и красивые корабли строили у нас в Швеции!» — думал он.
<...>
Бронзовый и Деревянный стали обходить разные здания, где размещались парусная швальня, якорная кузница, столярная и машинная мастерские. Они осмотрели доки с большими подъемными кранами, провиантские склады — цейхгаузы, артиллерийский двор, арсенал, канатную и даже большой заброшенный док, взрывом высеченный в скале. Они прошли на свайные причалы, где были ошвартованы военные суда; поднявшись на борт, они придирчиво, как два старых морских волка, осматривали суда. Одно их восхищало, другое удивляло, третье сердило. Мальчик, надежно укрытый деревянной шляпой, с любопытством слушал их рассказы о том, как создавался шведский флот. Оказывается, было это нелегко и непросто. Иной раз люди жертвовали последний грош на постройку военных кораблей, даровитые мужи не щадили своих сил, чтобы улучшить и усовершенствовать эти суда. Немало было пролито крови, немало отдано жизней, прежде чем у Швеции появился флот, ставший оплотом отечества. Когда мальчик слушал эти рассказы, у него порой слезы навертывались на глаза. Он радовался, что узнал столько нового. Под конец они вышли на открытый двор, где были выставлены штевневые украшения старинных линейных кораблей. Более диковинного зрелища, чем там, мальчику видеть не приходилось. Лица, могущие внушить ужас, с крупными, почти дикими чертами, были отмечены печатью гордого неукротимого духа, того самого, который помог строителям флота создать все эти огромные суда. Лица людей совсем иного времени. Нильсу казалось, что он становится еще меньше рядом с ними.
Вдруг Бронзовый скомандовал Деревянному:
— Шляпу долой перед теми, кто стоит здесь, Русенбум! Они все сражались за отечество!
Русенбум, так же как и Бронзовый, забыл, зачем они пришли в гавань. Не задумываясь, поднял он деревянную шляпу и воскликнул:
— Я снимаю шляпу перед тем, кто избрал это место для гавани, заложил верфь и создал флот! Ура королю, который вызвал все это к жизни!
— Спасибо, Русенбум! Хорошо сказано! Молодец, Русенбум! Но что это, Русенбум?
На лысой голове Русенбума, на самой макушке, стоял Нильс Хольгерссон. Он больше не боялся. Приподняв свой белый колпачок, он закричал:
— Ура, губошлеп!
Бронзовый изо всех сил ударил палкой по земле. Но мальчик так никогда и не узнал, что он собирался сделать. Брызнули первые лучи солнца, и в тот же миг оба — и Бронзовый, и Деревянный — исчезли без следа, словно были сотканы из тумана."


Как видим, у Лагерлеф ни о каком надменном самодержце, тоскливо озирающем догнивающие остатки былой славы, и речи не идет. Напротив, эта глава - настоящий гимн шведскому военному флоту и его создателю, королю Карлу XI.

Живописный портовый городок Карлскруна, в котором происходит эпизод с Бронзовым и Деревянным, до сих пор служит основной военно-морской базой страны. Его история началась в 1680 году, когда Карл XI повелел основать здесь город, названный Короной Карла - Карлскруной. В кратчайшие сроки лучшие специалисты фортификационного дела того времени возвели здесь военно-морскую базу по образцу лучших морских баз. База отвечала последнему слову техники, к тому же расположенная здесь судостроительная верфь стала самым крупным нанимателем рабочих рук во всем королевстве. Швеция непрерывно воевала, и боеспособность флота всегда находилась под пристальным королевским надзором.





Но, разумеется, похвала монаршим успехам в вышедшей в 1940 году русской версии была невозможна.

Авторы популярного мультфильме "Заколдованный мальчик", снятого в 1955 году по мотивам пересказа Любарской и Задунайской, еще дальше отошли от оригинала. Старый Розенбум стоит уже не у церкви, а у дверей кабачка, для красоты. Видимо, старорежимное понятие "благотворительность" казалось более опасным для неокрепших детских душ, чем таверна, в которой "веселились моряки и пили за здоровье капитана". К счастью, у мультипликаторов не хватило духу погубить Розенбума. Добрый деревянный старик остается цел и невредим: его и Нильса спасает бой часов, возвещающий, что бронзовому королю пора возвращаться на свой пьедестал.



смотреть на Видео Mail.Ru



Башенные часы - очень любопытная деталь. Похоже, авторы мультфильма обладали некоторым знанием местности. Бронзовый Карл XI, в самом деле отличающийся редкой надменностью, стоит на главной площади Карлскруны. Голова статуи обращена в сторону старой адмиралтейской верфи, той самой, по которой гуляют Бронзовый и Деревянный у Лагерлеф. Напротив входа на верфь высится часовая башня, и кажется, что бронзовый король нетерпеливо посматривает на нее, дожидаясь часа, когда статуи оживают.

      >



Старая верфь по-прежнему принадлежит шведским ВМС и вход на ее территорию возможен только со специальной экскурсией. Но многое из того, что восторженно рассматривал в ту ночь Нильс, можно увидеть в замечательном морском музее Карлскруны: модели судов, оружие, форму, карты, инструменты, носовые украшения...





Ottilia Adelsborgs huset Вне закрытой территории можно осмотреть часть крепостных бастионов и адмиральскую резиденцию. В длинном желтом доме рядом с резиденцией родилась Оттилия Адельборг. Дочь командующего, художница и иллюстратор, она стояла у истоков создания шведской детской книжки-картинки. Ее манера оказала несомненное влияние на работы Эльзы Бесков. Две детские книги Адельборг можно полистать на сайте шведской электронной книжной базы: знаменитый "Цветочный алфавит" и забавную историю о Чистюле Пелле, решительно вразумлящем маленьких грязнуль - этакого шведского предшественника "Мойдодыра".



Sinar multishot - 4 skott   Sinar multishot - 16 skott



Оттилия Адельборг выполнила цветные иллюстрации к "Путешествию Нильса", но по какой-то причине они не вошли в издание. Вместо этого они были напечатаны в серии открыток.





  



Amiralitetskyrkan За одним из крепостных бастионов прячется старинная Адмиралтейская церковь. Это одна из старейших и самая большая из сохранившихся деревянных церквей в Швеции. Адмиралтейская церковь была заложена почти одновременно с городом: Карл XI отличался религиозностью, и всем его подданным вменялось обязательное посещение служб. Древесина для церкви была доставлена из Риги, в ту пору находившейся под шведской короной. Приземистое деревянное строение кажется несоответствующим своему звучному названию. Церковь строилась в качестве временной и позднее должна была быть заменена большим каменным храмом, но средств на его постройку не хватило. У входа в церковь стоит раскрашенная деревянная статуя: старик в одежде моряков XVIII в. Это в его шляпе прятался Нильс от грозного бронзового короля. Такие своеобразные кружки для подаяния пришли в Швецию из Финляндии.

Bjorkholmen_hus У деревянной фигуры в Карлскруне есть своя история, в которой правда изрядно перемешана с выдумкой. "Старик Розенбум" действительно существовал. Матс Хиндриксон Русенбум, выходец с Аландских островов и один из первых поселенцев Карлскруны, жил в конце XVII в. в одном из крошечных деревянных домишек старейшего городского квартала, примыкающего к верфи. Населяли квартал матросы и работники верфи. На дома шли доски и брус с пришедших в негодность кораблей. Матс Русенбум никогда не был боцманом на "Дерзновенном", он служил констапелем - артиллерийским старшиной - на корабле "Солнечный" и был списан по ранению. По другой версии он работал на карлскрунской верфи, но заболел малярией и потерял работу. Так или иначе, чтобы прокормить семью (а было у него, как говорят, 12 детей), бедняга несколько лет побирался, пока, наконец, не получил должность сторожа Адмиралтейской церкви. Жалованья ему не полагалось, но старик имел право принимать пожертвования от жителей прихода. Это было благодеянием - по шведским законам нищенство жестоко преследовалось.
В квартале вокруг Адмиралтейской церкви селился народ состоятельный и в чинах, так что Русенбум получил хоть и скромное, но надежное вспомоществование. В новогоднюю ночь 1717 года старик отправился собирать милостыню. Празднующие горожане не только щедро подавали, но и нередко подносили чарочку. Когда Русенбум добрался до дома капитана Лагербельке, он уже нетвердо держался на ногах. Пытаясь отвесить поклон, он выронил шляпу. Лагербельке рассмеялся: "Хочешь получить благодарность от Русенбума - должен сам поднять его шляпу". Старику шутка понравилась, и он отправился дальше, повторяя слова капитана. Но резчику Кольбе шутка смешной не показалась. В ярости он накинулся на дерзкого просителя и выбросил его из своего дома. Поостыв, Кольбе почувствовал угрызения совести и отправился на поиски Русенбума. Но бедный Русенбум, завидя резчика, испугался, что тот снова набросится на него, и спрятался за церковью.
Пришедшие на утреннюю службу к Адмиралтейской церкви прихожане нашли у ее стены замершего насмерть старика с нищенской котомкой за спиной. Кольбе, чувствуя свою вину, вырезал из дерева кружку для подаяний в виде человека в моряцкой одежде. Лицом он сильно походил на несчастного Русенбума. Чтобы бросить монетку, надо приподнять шляпу и на темени деревянной фигуры откроется прорезь. В руке Русенбум держит табличку со стихотворным обращением к жертвователям:
Смиренно прошу вас,
Хоть голос мой слаб,
— Подайте монетку,
Мне шляпу подняв.
Ниже цитата из библии: "Блажен, кто помышляет о бедном! В день бедствия избавит его Господь". Или, в изящном переложении Маршака:
Прохожий! На твоем пути
Смиренно я стою.
Монетку в кружку опусти
- И будешь ты в раю!


Gubben Rosenbom   



Правда это или нет, кто знает. Может быть, настоящий Русенбум погиб в польской кампании 1705-1706 годов и к деревянной статуе не имеет никакого отношения, как считают некоторые исследователи. Это не так уж важно. Вот уже две с половиной сотни лет трогательный Gubben Rosenbom - старик Русенбум - пользуется любовью жителей и гостей Карлскруны.

У этой паперти святой
Стою, как на часах.
Мой прах под каменной плитой.
Душа на небесах.


   



Старый Русенбум исправно несет свою службу: за год под его шляпой набирается 50-60 тысяч крон, которые идут на благотворительность, причем монеты в иностранной валюте отправляются на добрые дела в страну происхождения. Конечно, это уже не тот Деревянный, что стоял здесь во времена Нильса - источенную временем оригинальную фигуру переместили внутрь Адмиралтейской церкви, а на ее месте поставили новую, вырезанную в 1956 году скульптором Kарлом Карлссоном.
А неподалеку, напротив церкви установили маленький памятничек - Нильс, выбегающий из книги. Он спешит к добряку Деревянному, чтобы укрыться под его шляпой.




Tags: *Лагерлеф, adelborg ottilia, детская литература Швеции, по литературным местам
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments